Раздел 1

Процесс: Эффективность становится очевидной.

      Заявление поданное в суд ответчиком - это ловко скрыты усилия, чтобы показать Бужинского как врача, спасающего жизнь человека. Разрешение такого осмотра без сомнения станет причиной того, что суд не будет обращать внимания на действительную суть процесса. Она будет прикрыта второстепенными приводящими в ошибку размышлениями, касающимися функционирования антинеопластона и несчастливой судьбы пациентов Бужинского.

      Это должен быть процесс столетия, целью которого было бы разрешение научных сомнений, эффективен ли антинеопластон в борьбе против новообразований. Он должен решить два существенных дела: правильность того, что федеральное правительство вмешалось в индивидуальность решений граждан а также принципиальность решений FDA, которое определило границу усилий, предпринимаемых отчаявшимися пациентами, болеющими раком. Об этих двух проблемах узнал мир тогда, когда кандидат медицинских наук Станислав Бужински вошёл в суд в Хьюстон в январе 1997 года с 75 обвинениями: неприменение к приказаниям суда, торговля непроверимым лекарственным средством и страховой обман.
      Окружной судья Simeon T. Lake, председательствующий процесса, пришёл к выводу, что "это будет один из наиболее интересных процессов, о которых когда-нибудь было слышно в Хьюстон". Судья Lake заявлял беспристрастность ещё во время создания скамьи присяжных заседателей. Потом начал систематически препятствовать суду слушать интересные вопросы существенные для процесса.
      Благодаря таким шагам процесс Бужинского должен измениться в приземлённое прозаичное дело страхового обмана. Однако шаг за шагом юристы Бужинского старались ввести в процесс вопрос эффективности антинеопластона. Одновременно руководитель обвинения Clarc и судя Lake стремились удалить какие-нибудь аргументы, касающиеся эффективности антинеопластона. Кроме выложенного красным деревом и мрамором судебного зала. Вопрос, эффективен ли антинеопластон или нет, формально был исключён из процесса. Это можно было определить одним коротким предложением - "несущественно для процесса , верит кто-то из настоящих или бывших пациентов в эффективность лекарственного средства Бужинского". Судья Lake объявил присяжным заседателям: "не намеревамся слушать здесь доказательств того, эффективен ли какой-нибудь препарат или методы лечения или нет". Несмотря на усилия Lake'a и Clark'a аргументы, касающиеся эффективности лекарственного средства возвращались как бумеранг в судебный зал. Иногда эти настойчивые стремления избежать вопроса эффективности становились прямо смешными. "Бужински несомненно нарушил закон, но без всякого сомнения присяжные заседатели услышали аргументы, касающиеся эффективности лекарственного средства - сказал Clark после того, когда оказалось, что несмотря на то, что 35 часов продолжалось совещание после первого заседания суда, присяжные заседатели не были в состоянии выдать единогласного решения, который относился хотя бы к одному обвинению. Действительно, в заявлении присяжных заседателей видимо было разделение: 6 присяжных заседателей - за, 6 - против по отношению к большинству обвинений кандидата медицинских наук.